— Вам салатика или соляночки?

Эти слова баландера, так в тюрьмах называют разносчиков пищи, разделили мою жизнь на «до» и «после».

Но для того, чтобы услышать их, нам пришлось проделать долгий путь на «Снежинку». Иначе — Исправительная колония (ИК)-6 УФСИН по Хабаровскому краю. Колония та, между прочим, особого режима. То есть там сидят люди, приговоренные к пожизненным срокам заключения…

Криминальный пролог

Нам — это мне, главному редактору «Вечорки», и оператору Сереге Иванову. О проделанном пути на поездах последует отдельное повествование. Сегодня же о «Снежинке» — месте, откуда люди из своих камер никогда не возвращаются. Только в могилы.

Приехать туда нас просил отбывающий в одной из тамошних камер пожизненный срок забайкальский варнак Олег Иконников по прозвищу Икона-старший. Его хорошо помнят уцелевшие бандиты и коммерсанты начала 90-х. В те времена он возглавлял одну из самых жестоких забайкальских банд. Орудовали иконовские бандиты на территории Забайкалья и Приангарья. На руках нашего «героя» кровь шестерых убитых. Да и слезы десятков, а то и сотен мам, жен, детей его жертв. О злоключениях своей банды он без стеснения рассказал в книге «Большая медведица», отрывки из которой «Вечорка» публиковала. Сегодня же Иконников пишет новую книгу — «Долгий путь на «Снежинку», или Двадцать лет спустя». Но это рабочее название, с конечным автор пока не определился.

Эльбан

От Комсомольска-на-Амуре до поселка Эльбан, где и расположена та самая «Снежинка», километров 75, не меньше. Этот отрезок долгого пути мы проделали на, прямо скажем, несвежей «япошке» начальника колонии полковника Власенко Андрея Анатольевича. С погодой в то утро нам не повезло. Снег падал с неба мокрыми хлопьями, дорога была скользкой, в общем, непонятно как мы добрались. Но все-таки добрались, в отличие от другой иномарки, на наших глазах слетевшей в кювет.

— Я то в Комсомольске живу, каждый день практически езжу на работу, — говорил полковник.

— А почему квартиру в Эльбане не получите?

Почему Андрей Анатольевич не получает квартиру в Эльбане, нам стало ясно сразу на въезде в поселок. Все забайкальцы помнят, как выглядят поселки Мирная, Безречная, отчасти Ясная и Жирекен. Примерно то же самое мы увидели в Эльбане. Пустыми глазницами окон зияют пятиэтажки, и только на первых этажах жизнь — там открыты магазины, парикмахерские и другие предприятия сферы обслуживания. Опытным гидом полковник Власенко нам рассказывает о том, что когда-то Эльбан процветал и даже был совхозом-миллионером. Там было многое — и завод по утилизации боеприпасов, и сам совхоз, и склады Госрезерва.

Сегодня же в поселке проживает около 10 тысяч человек. Кругом безработица. Так уж получилось, что градообразующим предприятием стала та самая «Снежинка», куда мы и стремились попасть в тот день. Да и выглядит эта колония гораздо фешенебельней, чем весь остальной поселок. Ирония, не иначе.

«Снежинка»

По словам местных жителей, в свое время планировалось, что поселок Эльбан станет одним из крупнейших мегаполисов Хабаровского края — были соответствующие планы как у военно-промышленного комплекса страны, так и у его цивильных сателлитов. По этой причине там было решено строить СИЗО — ведь где много людей, там и криминал. Строили СИЗО в соответствии с европейскими нормами. На тот момент таких проектов в стране было два — собственно «Снежинка» и новый корпус легендарных питерских «Крестов». Однако радужным проектам не суждено было сбыться. Поэтому в конце концов под СИЗО в Эльбане выделили одно лишь крыло, остальное отдали под ИК-6 — колонию для пожизненно осужденных — «Снежинку».

В сентябре 2017 года туда поступили первые из них.

— Сегодня у нас 227 заключенных. Лимит же составляет 378. Сидят тут серийные убийцы, маньяки, террористы с Северного Кавказа, педофил есть один, бывший мент. Достал, все в Сирию просится, кровью смыть вину… — рассказывает, пока едем, начальник колонии.

— А из забайкальцев кроме нашего Иконы есть кто? — спрашиваем.

— Есть тут один ваш. Очень опасный, мы с него наручники не снимаем. Он так и не осознал куда попал, — отвечает полковник.

— А фамилия?

— Сейчас вспомню, Краснояров, по-моему.

В тот момент мы чуть было не выскочили из его машины. Речь шла о Евгении Красноярове, который в июле этого года был приговорен к пожизненному сроку заключения. Его в наших публикациях мы еще называли «Потрошителем таджиков». И было за что. Это тот самый Краснояров, который убил минимум восемь человек — в основном таджиков и узбеков. Убил ни за что, точнее за то, что они, собственно, и были таджиками и узбеками — ненавидит он нерусских. Забегая вперед, скажу, что мы хотели с ним пообщаться, и руководство колонии дало на это добро. Однако, по словам сотрудников, Краснояров категорически отказался говорить с «Вечоркой», обозвав ее журналистов нехорошими словами.

— Только не давайте ему в руки ничего режущего, он мастер филиппинского ножевого боя, — попросил я начальника колонии.

— Не беспокойтесь, не даем, он у нас в наручниках ходит. И вообще у него строгие условия содержания, — отвечал полковник Власенко.

К сожалению, никто в командировке нам не сказал, что там же на «Снежинке» содержится заключенный Гаджиев, с которым надобно бы было встретиться. Это тот самый житель Оловяннинского района Забайкальского края, который осужден за то, что убил и сжег в печке полуторагодовалую племянницу. Однако, по последним данным «Вечорки», сделал это совершенно другой человек.

Кульминация: мечтаю причаститься, исповедаться и умереть

Несмотря на то, что ИК-6 — колония особого режима, там разнообразили условия содержания. То есть режим в колонии особый — это догма, а условия там, по решению руководства, могут различаться — от строгих до облегченных. Есть еще промежуточные, иначе — обычные. От условий содержания зависит многое — время прогулок, количество передачек и свиданий. Для нас, по эту сторону решетки, сущие пустяки. Для обитателей «Снежинки» — самое важное в их нелегкой жизни «пыжиков» — так называют пожизненно заключенных. Наш герой Олег Иконников сидит на обычных условиях.

— Иконников, тут к тебе пришли.

Лязгнули затворы, открылась кормушка. Оператор Серега со своей камерой тут же занял позицию.

— Здравствуйте, Олег.

— Здравствуйте, Владимир Иванович.

Голос такой же, как и по телефону, да, он нам звонил — с хрипотцой, уставший, обреченный.

Устать Олегу Иконникову по прозвищу Икона-старший было от чего.

На его руках кровь шестерых, убитых им непосредственно. А сколько еще убиенных с его подачи, одному Иконе да Богу известно.

Из арестантской камеры на камеру оператора Олег рассказал, что благодарен судьбе и Богу за пребывание в «Снежинке». До этого 18 лет он находился в «Черном дельфине» — самой суровой тюрьме для «пыжиков», что в Оренбургской области, откуда был переведен минувшим летом. Туда он попал после того, как был приговорен в середине 90-х с братом Эдиком к расстрелу. Им подфартило — под ельцинский меморандум они попали. Хотя, такое ощущение, что сам Икона этому не очень рад. Он говорил о том, что его охраняют лучше, чем президента, что в камере он получил возможность смотреть телеканал «Спас» по телевизору, а в шкафчике у него хранятся целые три пластиковые тарелки. Соседа по камере у него нет, несмотря на то, что кровать двухъярусная.

Затем Икону вывели на продол. Так в колониях и тюрьмах называется коридор. Опосля мы целый час общались в отдельном помещении, куда его привели. Он сидел в так называемом «стакане» — клетке. Я сидел за столиком напротив.

— О чем мечтаете, Олег Борисович (как никак 60 лет стукнуло)? — Это был мой первый вопрос.

Он задумался, сказал, что это вопрос серьезный, после чего ответил: «Я мечтаю причаститься, исповедаться и примерно через минуту-полторы умереть. Так, чтобы уйти в мир иной без греха. Люди верят в суд районный, городской, областной, потому что можно сходить на него посмотреть. А в суд Божий никто не верит, его не видно, но он есть. Люди могут натворить что угодно и благодаря взяткам, коррупции избежать земного суда, но суда небесного избежать они не смогут. Поэтому для меня очень важно исповедаться, причаститься и, пока снова не согрешил, умереть».

Затем его понесло, видимо, надо было выговориться. Он целый час рассказывал о себе, своем прошлом и перспективах. Порой мне удавалось вкраплять в его монолог вопросы. Таким образом, Икона-старший поведал там, на «Снежинке», что был согласен со своей расстрельной статьей.

— Я был полностью согласен с приговором суда. Я знал, что должен был быть расстрелян за то, что натворил, — сказал он.

— А вот сегодня предлагают вернуть расстрел, как Вы к этому относитесь?

— Педофилов, насильников и наркодилеров надо однозначно расстреливать, — сказал Икона.

По его словам, он готов в камере терпеть соседа, но только не насильника.

Движение АУЕ и сборы в общак с детей бывший главарь банды также разнес в пух и прах.

— Если бы я узнал тогда на свободе, что кто-то собирает с детей на общак, я бы отправил часть своей бригады и…

На мгновенье на его лице появилась маска того Иконы, которого боялись все — от руководителей Первомайского ГОКа, их банда в лихолетье 90-х взяла под крышу, до лидеров остальных забайкальских преступных группировок. О них Икона и сегодня отзывается нелестно.

— Боцмана убили по приказу Осины, мы знали об этом. Когда меня ранило во время нападения на «Березку», вместо того чтобы мне помочь, Осина отправил ко мне в больничку киллера, — сказал Икона.

Осина — для тех кто не в курсе — это Игорь Осинцев, лидер ОПС «Осиновские», налившегося кровью после уничтожения банды Иконниковых. «Осиновские» держали Забайкалье в страхе до конца нулевых, пока силовики их грамотно меж собой не рассорили. В результате половина была уничтожена, вторая, в том числе Игорь Осинцев, отбывают свои срока.

Сам же Икона заявляет, что срок свой не отбывает.

— Отбывают или мотают те, кто ждет окончания сроков. Мы же тут на пожизненном. Мы не мотаем, мы так живем, надо просто с этим смириться, — сказал Икона-старший.

Терять этому человеку нечего, поэтому за час общения он поведал о многом, чего не знают ни простые забайкальцы, ни следователи. Например, как происходило становление «Ключевской» группировки. Кому и за что один из ее лидеров приколотил гвоздем текстикулы к скамейке. Кто именно и как расстрелял авторитета Боцмана, которого, по словам собеседника, чтили в уголовном мире Забайкалья и России.

Почему «Снежинка»?

ИК-6 назвали «Снежинкой» не случайно. По словам сотрудников, однажды один из их коллег пролетел над колонией на дельтаплане и увидал, что геометрически она — вылитая снежинка. Отсюда и это народное название. Затем в этом же убедились корреспонденты разных изданий, запустившие над ИК свои дроны. А журналисты, между прочим, там частые гости. Одним из популярных сидельцев «Снежинки» недавно стал полный тезка забайкальского губернатора Александр Осипов. Это тот самый, который убил убийцу легендарного Михаила Круга, недавно благодаря ему это громкое преступление было раскрыто. До него же звездой там слыл арестант по фамилии Киселев — герой передач Малахова. Этот недочеловек по-пьяни семерых зарезал, что не помешало ему, находясь в колонии, жениться на настоящей итальянке, которая полюбила его с первого взгляда, увидав по телевизору. Да, свадьбы там разрешены, уже три были с 17-го года.

Промежуточный эпилог

Уставшие мы покидали «Снежинку». На Эльбан опускался хабаровский снежный вечер. На крыше тюремного корпуса нагло каркали два ворона. Но ждать им пока нечего, умирать убийцы, насильники и террористы явно не собираются. Баландер тем временем разносил пайки по камерам: «Вам салатика или соляночки?» От кастрюль с едой для тех, кто убивал и насиловал, пахло домом. В прогулочных двориках шныряли сытые осужденные.

— Мля, нас в армии так не кормили, моя жизнь теперь не будет прежней, — поделился я в курилке своими впечатлениями с сотрудниками исправительной колонии.

— Так зэки умные теперь пошли, чуть что не так, сразу жалобу в прокуратуру пишут, — отвечали они…

Запиликал телефон, я получил смску: «И знай, я тебе больше руки не подам». С Андрюхой — моим армейским товарищем и закадычным другом — что-то не то происходило — как подменили.

— В чем дело, брат? — пытался я понять причину его гнева.

— Ты этому гаду руку пожал. А ты в курсе, что той рукой он Катькиного дядьку родного убил?

Катька — это его жена…

Просто мой друг увидел фотографию, где я пожал Иконе руку, хотя сотрудники колонии меня отговаривали: «Им нечего терять, не делайте этого…»

И они правы, несмотря на санаторный режим, эти люди, а скорВладимир КАНТЕМИРее нелюди, лишены главного — свободы. Но обо всем этом подробнее в следующих номерах. Или в нашем документальном видео-эссе, которое можно посмотреть на канале «Вечорка ТВ» на YouTube.

(Продолжение следует)

Владимир КАНТЕМИР

Фото Сергея Иванова

1 — Опасное рукопожатие

2 — Да чтоб я так жил!


Комментарии (6)

Ираклий

Правильно,Вовчик,про руку тебе пишут.Ты с петухом ручкался,в курсе же был.Сам себя заминехал в очередной раз.

Ну... Да

Теперь Кантемир уже официально дырявый..

Ира

Что за нравы? Владимир Иванович как раз- таки не побоялся и доехал взять интервью у матерого разбойника, смертника.Этому человеку было о чем подумать за 25 лет...Скажите спасибо.) А то все такие сцыкуны при жизни...) Только и писать гадости в инете горазды.Потенциальные петухи.Страх потерявшие...

Краснояров Женя

Кант, в натуре ко мне забздел войти, конечно брюхо вспорю сразу же, одним моим мезинцем.))))))))))))))))))))))))))))))))))))))

ну и ну!!!!!!

О, пачки......................

Ира

Кому ваш смертник Женя Краснокуев нужен?)))Сидит теперь в " пятизвездочном пансионате", даже фсиновцы с него браслеты не снимают.Нашли чем пугать ежа...( голой жопой).)Статья называется: " Стою, как перед иконою"))) Ржака, блин)Олег Иконников и иконы- разные вещи.Умный человек не будет стоять ни там, ни там). Но Олега нужно, безусловно, выслушать.Как опытного человека.Ловите момент, как говорится. Другой такой возможности у вас не будет.

Оставить комментарий